Читать, думать, творить
Владимир КАЛИНИН
Дата публикации: суббота, 17 октября 2026 г. | Дата обновления:
Второй том «Мёртвых душ» написал не Гоголь, а ГигаЧат
Последнее слово в русской литературе
Спасение «Мёртвых душ». / Иллюстрация сгенерирована мультимодальной нейросетью ГигаЧат ПАО «Сбербанк России»
Михаил Клодт. Конец «Мёртвых душ» (Гоголь сжигает свою рукопись). 1887. / Музей-усадьба «Абрамцево»
5 октября в продажу поступил роман «Мёртвые души. Второй том. Возрождение». Эта книга написана не классиком золотого века русской литературы Николаем Гоголем, а мультимодальной нейросетью ГигаЧат, которую разработали в ПАО «Сбербанк России».
Как сообщил в своём пресс-релизе Сбербанк России, «это продолжение бессмертного романа Николая Гоголя, текст которого создала большая языковая модель ГигаЧат. Над культурно-исследовательским проектом вместе со специалистами Сбера работала команда экспертов: историков, литературоведов, лингвистов и инженеров. Это первое произведение».
Чуть ниже читаем в пресс-релизе: «Текст, который получился, – безусловно, не Гоголь». А ещё ниже: «Возрождая утраченное, мы опирались на глубокую научную базу и уважение к автору…»
Так что же Сбер предложил любителям русской классики? «Не Гоголя»? Или «возрождение утраченного»? Под «утраченным» безусловно следует подразумевать второй том «Мёртвых душ», который Николай Васильевич Гоголь собственноручно сжёг.
Впрочем, сгорели не все главы. После смерти писателя в шкафу нашли первые четыре главы и заключительную главу первой редакции второго тома, те же рукописи более поздней редакции, а также набросок к заключительной главе, наброски к несохранившимся главам и набросок к окончанию второго тома «Мёртвых душ». Они не раз переиздавались в собраниях сочинений классика. Самое позднее и наиболее полное собрание сочинений в 17 томах напечатало одновременно в Москве и Киеве Издательство Московской Патриархии в 2009 году.
Но о каком «возрождении утраченного» можно говорить и писать, если даже сохранившиеся главы не вошло в новый «Второй том», написанный бездушной машиной. По словам арт-куратора проекта «Мертвые души. Второй том. Возрождение» Владислава Отрошенко, от них отказались с самого начала работы по эстетической и этической причинам.
Во-первых, потому что в них, по словам Отрошенко, Чичиков «насильственно преображается» в добропорядочного христианина. Но в итоге получается «нежить», то есть кукла. «Гоголь, чуткий к этому, не случайно мучился. Сжигая второй том, он сжигал эту нежить, вурдалака, в котором не было искры жизни «первотомного» Павла Ивановича», – утверждает Отрошенко, будто сам шуровал в камине кочергой, помогая Николаю Васильевичу сжигать рукопись.
Во-вторых, по версии Отрошенко, «художник принял решение сокрыть от потомков тот катастрофический путь, по которому повёл повествование. «Если бы мы стали восстанавливать второй том по уцелевшим главам, мы пошли бы по тому же пути, который привёл Гоголя к смерти», – рассказал Владислав Олегович.
Автор книги «Гоголиана и другие истории» Владислав Отрошенко пошёл другим путём. «Мы тестировали не писательский, а искусственный интеллект. Идея была посмотреть, что у машины получается…» Но при этом задания машине, или, как говорят специалисты, промты (от англ. prompt – подсказка, запрос или инструкция) давали писатели. В выходных данных перечислены члены литературной команды. В её составе: Екатерина Манойло – автор романа «Отец смотрит на запад», Ася (Анастасия) Володина – автор романа «Протагонист», Михаил Турбин – автор романа «Выше ноги от земли»… А также безымянные историки, литературоведы, лингвисты. Но почему-то не указан ни один член Гоголевской комиссии при Научном совете РАН «История мировой культуры», ни один автор ежегодника «Гоголевский вестник», ни один учёный, серьёзно занимающийся изучением творческого наследия классика. А ведь таких в России немало – докторов филологических наук, профессоров, ведущих научных сотрудников Института мировой литературы имени А.М. Горького РАН. В их числе: Владимир Катаев, Валерия Андреева, Игорь Виноградов, Владимир Воропаев (председатель Гоголевской комиссии Научного совета РАН «История мировой культуры». Член Союза писателей России. Автор многочисленных трудов о жизни и творчестве Гоголя), Виктор Гуминский, Владимир Звиняцковский, Александр Кораблёв, Владимир Коровин, Екатерина Падерина, Алла Шешкен, Михаил Строганов и ещё много десятков известных учёных.
В таком случае кто же те историки, литературоведы, лингвисты и промт-инженеры Сбера, работавшие над созданием «Второго тома»? И удалось ли им передать машине озаренье Божье?
В 1845 году Гоголь написал своей близкой подруге Александре Осиповне Смирновой-Россет: «Бог отъял от меня на долгое время способность творить». Александра Смирнова‑Россет была мемуаристкой, фрейлиной, хозяйкой литературного салона и близкой подругой крупнейших писателей той эпохи. Будучи фрейлиной сначала императрицы Марии Фёдоровны, затем императрицы Александры Фёдоровны, жены Николая I, она имела доступ в высшие круги и была связующим звеном между светским обществом и литераторами. Она не только морально поддерживала писателей, в том числе Гоголя, но и помогала материально, хлопотала о пенсиях и пособиях. Но Бог, увы, не вернул Гоголю способность творить. И уж, конечно, ни один смертный не мог ему помочь справиться с навалившейся на него бедой.
В обращении к читателям 17-томного собрания сочинений Гоголя Патриарх Московский и всея Руси Кирилл написал, что Николай Гоголь был «первым последовательно православным автором», который «неустанно говорит о том, что человек становится личностью только тогда, когда он пребывает в общении с Богом».
«Понятно, что без Гоголя как творца – и без его веры в Творца! – это никто не сделает. Даже если соберутся все писатели современной русской литературы и все существующие нейросети – они не смогут сделать то, что мог сделать только Гоголь в своём взаимоотношении с Богом. Машина не мучается, у неё нет вдохновения, веры в Бога, – признаёт Владислав Отрошенко.
Образ Чичикова не давал покоя писателям в прошлом веке и продолжает будоражить воображение литераторов – в нынешнем. Михаил Булгаков, например, написал фельетон «Похождения Чичикова», потом – пьесу «Мёртвые души». Она была поставлена на сцене МХАТа. После этого Первая кинофабрика заключил с автором договор о написании сценария кинокартины «Похождения Чичикова, или Мёртвые души». Но до кинопроизводства сценарий не дошёл.
В 1994 году была издана реконструкция второго тома «Мертвых душ». Автор реконструкции – писатель, художник, этнограф и биолог по образованию Юрий Авакян ставил перед собой задачу воссоздать текст второго тома, сохранив стиль и язык Гоголя. В обращении к читателю автор написал: «Стояла необыкновенно сложная задача – воссоздать текст второго тома «Мёртвых душ», бережно сохраняя и стиль, и язык автора бессмертного произведения...».
В мае 2008 года из-под его пера вышла реконструкция уже третьего тома, то есть Юрий Арамович полностью реализовал замысел Николая Гоголя написать трилогию как аллегорический аналог «Божественной комедии» Данте. В своей реконструкции Авакян предложил неожиданное завершение истории Чичикова, придав судьбе героя философский и символический подтекст. В период работы над третьим томом Юрий Арамович был тяжело болен. По странной аналогии с судьбой Гоголя, Авакян умер через восемь месяцев после завершения работы над книгой. Уже после кончины автора по литературной реконструкции Юрия Авакяна в Санкт-Петербургском театре драмы и трагикомедии «Артель-СПб» был поставлен спектакль-иллюстрации «Мёртвые души. Том 2».
Реконструкцию или мистификацию «Второго тома» мог бы сочинить и Владислав Отрошенко со товарищи. «Если бы эксперимент состоял в другом – протестировать современных писателей, – мы бы могли сесть за работу: скажем, я, Манойло, пригласить Варламова, Водолазкина, Басинского – и мистифицировать публику, написать второй том, объявив, что рукопись нашлась на чердаке», – говорит арт-куратор проекта. Но что такое ещё одна мистификация? – Скучно! Иное дело – эксперимент с мультимодальной нейросетью. Тут вам – и наука, и реклама! Тираж самой книги – 7600 экземпляров, зато сколько ссылок в Интернете!
Девять лет назад Президент Владимир Путин сказал по поводу увлечения главы Сбербанка Германа Грефа цифровыми технологиями: «…он байки на этот счёт может рассказывать до утра»1. Утро, похоже, наступило и стало понятно, как далеко увлечение господина Грефа может завести всех нас. Я имею ввиду не финансовую, а духовную сферу, точнее – искусство, направленное на художественное постижение мира, а ещё точнее – литературу как вид искусства, имеющего общественное и познавательное значение.
При этом не надо забывать предостережение, высказанное президентом РФ Владимиром Путиным: «Каких бы потрясающих вершин ни достигала техника, историю творит, конечно же, человек. И она такова, эта история, какой её делают люди с их достижениями и слабостями, подвигами или ошибками. Наше будущее может быть только общим, отдельных будущих – у кого-то отдельно – не бывает, не будет, во всяком случае, в современном мире».
Перефразируя крылатое выражение лауреата Нобелевской премии по физике, бывшего министра энергетики США Стивена Чу – «каменный век человечества закончился не потому, что у нас закончились камни» – можно сказать: русская литература закончится не потому, что закончатся писатели, а потому что появились новые технологии.
Примечания
1.Здесь и далее – цитаты из выступления Президента РФ Владимира Путина на итоговой пленарной сессии XIV ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай» 19 октября 2017 года. URL: http://kremlin.ru/events/president/news